Archive for the ‘Страница-53’ Category
шались воспользоваться его услугами и предпочитали испытанные пароходики.
Ленуар склонен был расценивать эту победу как свою собственную, как плод своей гениальности, преодолевшей условия времени и препятствия, воздвигнутые людьми. Он бы очень удивился, если бы кто-нибудь сказал ему, что он является только орудием своего-сословия — мелких промышленников, фабрикантов второй руки, разбогатевших мастеров, мещан, желающих пустить свои средства в новый вид оборота — индустрию. Век был таков, что не было ничего более заманчивого, чем использовать силу машины наряду с мускульной силой чернорабочих. Пар уже знали. Он не Подходил им, мещанам от индустрии. Они ждали чего-то другого. И вот это другое можно было продать им с выгодой для себя и для них. Гарсон Ленуар использовал свою идею в соответствии с теми установками, которые подсказывали ему господа фабриканты, когда он подавал им вечерний стаканчик грошевого прокисшего вина. И такова была сила этой идеи, рожденной эпохой промышленного подъема, что сколько бы ни сопротивлялись ей реакционные силы в самой промышленности, в администрации, где угодно, во Франции ли или за границей, она должна была победить. Идея, оформленная Ленуаром в газовую машину, должна была одержать верх над всем более старым во Франции, над всем, что могло прийти» извне из стран, еще не затронутых вихрем революции, не сдвинутых со своих феодальных вековых постаментов новой жизнью.
Этим определялся и успех машины Ленуара. Этим вперед, на некоторый отрезок времени, определялась и его победа над всяким конкурентом, который мог бы выставить свои притязания на его место.
Машина, рожденная промышленностью, должна была ею впитываться, как вода губкой, даже если эта машина была плоха.
Ленуар этого не понимал. Он думал, что дал своим мещанам-фабрикантам верх совершенства. И в этом, мол, заключается его заслуга на многие годы, десятилетия, может быть века. И так будет бесконечно. Он думал, что ведет за собой промышленность, вливая, в нее новый дух, а не промышленность привела его к идее, могущей оказаться и финишем его успеха.
11. РОКОВОЙ РЕВАНШ
Инженер Морелль, директор и железнодорожный акционер, не торопился в приемную. Прищурив глаза и смакуя каждый глоток, он допивал послеобеденное кофе. От этого ли напитка или такова уж была конституция господина Морелль, но затылок его был похож на живот откормленного борова. Кровь, казалось, вот-вот брызнет из-под натянутой на жирных складках кожи. Над этими складками, тщательно зачесанные на лысину, серебрились скупые нити седых волос. Инженер Морелль был стар. Он был испытан-